Переубеждение
ПЕРЕУБЕЖДЕНИЕ
Введение
В традиционных переводах Словесности обряд, обозначаемый арабским корнем ح-ج-ج (х-дж-дж), передаётся как паломничество — хождение к святыне и обход вокруг неё. На этом переводе построено представление об обряде как о перемещении тела к дому и кружении вокруг него. Корень ح-ج-ج не несёт значения «ходить» или «совершать паломничество»: он означает спор, утверждение позиции доводом. Обряд, обозначаемый этим корнем, есть периодический институт переубеждения о единственности Зачинателя против приобщения соучастников.
Метод исследования — изоморфное чтение: каждое слово толкуется через корень и его засвидетельствованное в Словесности значение, а каждая сторона института раскрывается через другие отрывки. Толкования школ и позднейшие напластования не используются. Сопоставительный материал предыдущего опыта приводится как внешнее историческое подтверждение, отдельно от свидетельства самой Словесности.
В статье последовательно разобраны: значение корня и предмет переубеждения; время института — период, цикличность, заповедные месяцы и их искажение; преемственность от Авраама и сопоставление с предыдущим опытом; место — дом, его расположение и перенос служения; что совершается на площадке — странствование, участники, действия и жертва; организующий центр института; управленческое измерение.
Часть I. Корень и предмет
1. Корень переубеждения
Корень ح-ج-ج в глагольных формах означает спор доводом, состязание в утверждении позиции. Это видно из всех его вхождений. Третья порода — переубеждать, состязаться доводом:
Переубеждаете ли нас о Зачинателе? А Он - Взраститель наш и Взраститель ваш! (2:139)
Народ оспаривает позицию, и ответ строится как контрдовод. То же в обращении к носителям прежнего Предписания:
Почему переубеждаете об Аврааме? И не иначе, низведена Тора, и Евангелие исключительно после него. Так не разумеете ли? (3:65)
И прямое указание на предмет несостоятельного спора:
Вот вы эти - переубеждали вы о том, у вас о чем есть знание, так почему переубеждаете о том, о чем нет у вас знания? (3:66)
Шестая порода того же корня — препираться:
И вот препираются в Огне, так говорят слабые тем, которые возвеличились… (40:47)
Существительное от корня — довод. Спор ведётся доводом, и довод даётся Зачинателем:
И то - довод Наш, дали Мы его Аврааму против народа его. (6:83)
Ни в одной форме корень не означает «идти» или «посещать». Хождение к дому и присутствие при нём передаются другими корнями: странствование — ط-و-ف (т-у-ф), оживление-посещение — ع-م-ر (ʻ-м-р), приход — أتى. Корень ح-ج-ج удерживает единственное значение — переубеждение доводом.
Оглашение о переубеждении сопровождается приходом участников издалека:
И огласи среди забывчивых людей о переубеждении. Приход к тебе пешком, и на всяких поджарых приход из всех ущелий глубоких. (22:27)
Тезис о том, что соседство существительного переубеждения с приходом доказывает значение «хождение», опирается на их близость в одном отрывке. Приход здесь — отдельное действие, обозначенное своим словом: он означает прибытие участников к месту переубеждения, не само переубеждение. Текст оглашает о переубеждении, и в ответ на оглашение происходит приход — то есть приход есть следствие оглашения и условие участия, а не содержание корня. Корень удерживает значение довода; приход обеспечивает присутствие сторон для довода.
2. Не паломничество
Перевод корня как «паломничество» вносит чуждое значение. Слово «паломник» происходит от пальмовой ветви носителей христианского обряда хождения к святыне и обозначает именно странствие к священному месту. Корень ح-ج-ج такого значения не имеет: он обозначает не перемещение тела к объекту, а столкновение позиций и утверждение одной из них доводом. Подмена «переубеждения» «паломничеством» переносит смысловой центр с довода на хождение, чего текст не содержит.
Действие у дома и переубеждение в Словесности обозначены разными корнями в одних и тех же местах: странствование, присутствие и оживление передаются своими корнями, отдельными от ح-ج-ج. Хождение существует, но обозначается не этим корнем.
Тезис о том, что обрядовое существительное (с удвоением средней корневой) развило особое значение, отличное от глагольного, и обозначает комплекс действий с хождением, опирается на внешние языки и доисламское употребление. Значение обрядового имени выводится из его вхождений в самом тексте: во всех вхождениях существительное стоит в поле довода и срока. Во всех вхождениях существительное стоит в контексте спора и довода: рядом с новолуниями как назначениями переубеждения (2:189), как день объявления непричастности к приобщающим (9:3). Привнесение значения «обходить святыню» из иных языков противоречит методу: оно вносит смысл извне, тогда как текст удерживает довод.
Отрицание того, что корень означает хождение, не есть отрицание физической стороны института. Текст удерживает приход участников, путь к дому, странствование, собрание в известные дни, жертвенных животных. Эти элементы реальны, но они суть условие и обстановка площадки переубеждения, а не значение корня. Приход обеспечивает присутствие сторон; собрание создаёт место довода; обрядовые действия оформляют период. Институт имеет пространственно-телесное измерение — собрание людей в определённом месте и времени, — но смысловой центр института, заданный корнем, есть доводное утверждение единственности, к которому это собрание служит формой. Различать следует значение корня (довод) и форму института (собрание): первое не сводится ко второму, второе не отменяет первого.
Обрядовое существительное могло бы специализироваться и означать собственно собрание независимо от глагольного значения довода. Но специализация оставила бы след в самих вхождениях существительного — контекст, в котором оно означало бы собрание, а не довод. Такого следа нет. Существительное стоит при новолуниях-назначениях (2:189), при дне объявления непричастности (9:3), при доведении до конца для Зачинателя (2:196) — везде в смысловом поле утверждения и срока, нигде не в контексте, требующем значения «обход» или «ритуальное хождение». Поэтому специализированное культовое значение не доказывается текстом, а постулируется извне; метод его не принимает, пока оно не показано вхождением.
3. Предмет — единственность
Переубеждение направлено на один предмет — единственность Зачинателя против приобщения соучастников. Спор Авраама с противником ведётся именно об этом:
Не усматривал ли ты того, который препирался с Авраамом о Взрастителе его за то, что дал ему Зачинатель власть?… (2:258)
И отвод спора у народа, приобщающего соучастников:
Переубеждаете ли меня о Зачинателе? А уже наставлен я, и не страшусь тех, кого приобщаете соучастников Ему… (6:80)
Цель переубеждения — лишить противоположную сторону основания для довода. Это сказано прямо в связи с направлением:
…и чтобы не был для забывчивых людей против вас довод, исключая тех, которые омрачены из них. (2:150)
Кульминация института — публичное объявление непричастности к приобщающим соучастников:
И призыв от Зачинателя и посланника Его к забывчивым людям в день переубеждения величайшего, что Зачинатель не причастен к приобщающим соучастников и посланник Его. (9:3)
Предмет переубеждения, таким образом, не ритуальное действие, а утверждение единственности против приобщения.
Часть II. Время переубеждения
4. Период, не дата
Переубеждение привязано не к одному дню, а к периоду — известным месяцам:
Переубеждение - месяцы известные. Так кто обязался в них к переубеждению, то нет соития, и нет отступничества, и нет спора в переубеждении. (2:197)
Период определён числом месяцев:
Так путешествуйте по земле четыре месяца… (9:2)
Исчисление ведётся по новолуниям, и они прямо связаны с переубеждением:
Спрашивают тебя о новолуниях. Скажи: «Это назначения для забывчивых людей и переубеждения». (2:189)
Время института — протяжённый период по лунному исчислению, а не фиксированная календарная дата.
Период переубеждения и день величайшего переубеждения (9:3) не противоречат друг другу. Спор доводом ведётся в течение всего периода известных месяцев (2:197), а в назначенный день оглашается итог — публичное объявление непричастности к приобщающим (9:3). Период есть время довода, день есть оглашение его исхода. Тезис о том, что наличие «дня» доказывает разовое ритуальное событие, не учитывает совмещения: текст соединяет протяжённый спор и кульминационное оглашение, как разбирательство совмещает срок рассмотрения и день решения.
5. Цикличность
Переубеждение повторяется циклически, год за годом, и служит единицей исчисления лет. Это видно из найма на срок, исчисляемый переубеждениями:
Поистине, я хочу сочетать тебя с одной из дочерей моих этих за наем мной на восемь переубеждений, так если довел до конца ты найм десять, то от тебя. (28:27)
Восемь и десять «переубеждений» здесь — годовые циклы. Институт периодичен по своей природе.
6. Заповедные месяцы: число и качество
Счёт месяцев установлен, и из них выделены четыре заповедных:
Поистине, исчисление месяцев у Зачинателя — двенадцать месяцев, по предписанию Зачинателя дня творения небес и земли. Из них четыре заповедны. То – Долг установленный! (9:36)
Качество заповедных месяцев — запрет сражения и безопасность, что следует из вопроса о сражении в заповедный месяц:
Спрашивают тебя о месяце заповедном, о сражении в нем, скажи: «Сражение в нем велико…» (2:217)
Текст даёт число (четыре) и качество (безопасность, запрет сражения), называя месяцы «известными» (2:197), но конкретные их названия не приводит. Это граница прямого утверждения: само число и качество — из текста; список названий требует реконструкции.
7. Отсрочивание
Текст указывает на искажение исчисления заповедных месяцев — отсрочивание:
Поистине, отсрочивание лишь прибавление в закрытости. Заблуждаются в этом те, которые закрылись, разрешая это год и запрещая это год, чтобы согласовать исчисление того, что запретил Зачинатель… (9:37)
Слово, обозначающее отсрочивание, образовано от корня ن-س-أ (н-с-’) — откладывать, отодвигать срок вперёд (от него же — торговля с отсрочкой платежа). Его следует отличать от созвучного корня ن-س-ي (н-с-й) — забывать. Механизм, описанный в отрывке, — не забвение месяца, а сдвиг: «разрешая год, запрещая год», чтобы согласовать исчисление. Сохраняется число заповедных месяцев, но смещается их положение в году.
8. Реконструкция исходного исчисления
Текст фиксирует факт смещения и его механизм (9:37), но не называет ни исходных, ни конечных позиций заповедных месяцев. Здесь следует подчеркнуть симметрию: и традиционный список (первый, седьмой, одиннадцатый, двенадцатый месяцы) также не назван в тексте — он есть продукт позднейшей фиксации, не прямое утверждение. Таким образом, конкретное исчисление остаётся вне прямого текста для обеих сторон. Сопоставление с предыдущим опытом (Часть III) позволяет выдвинуть реконструкцию исходных позиций — первого, третьего, седьмого и девятого месяцев, из которых два могли быть смещены отсрочиванием вперёд. Это выдвигается как обоснованная гипотеза, согласованная с механизмом смещения и с внешним сопоставлением, а не как доказанный из текста факт; традиционный список имеет тот же эпистемический статус — он также не выведен из текста напрямую.
Часть III. Преемственность
9. Институт восходит к Аврааму
Дом, у которого ведётся переубеждение, связан с Авраамом. Его расположение указано как место, размещённое для Авраама:
И вот разместили Мы для Авраама место дома: «Поистине, не приобщай соучастниками Мне что-либо и очисти дом Мой…» (22:26)
Связь у дома ведётся «с позиции Авраама»:
И вот устроили Мы дом местом сбора для забывчивых людей и безопасностью! И возьмите с позиции Авраама место связи! (2:125)
Выражение «позиция Авраама» (مَقَام (макāм) إِبْرَاهِيم (ибрāхӣм)) образовано от корня ق-و-م (к-у-м) — стоять, занимать положение. На уровне значения слова это — положение, место стояния. Вывод о том, что здесь имеется в виду преемственная основа, а не материальный предмет, опирается не на одно это слово, а на синтаксис и контекст. В (2:125) сказано «возьмите с позиции Авраама место связи»: предлог «с» (مِن) показывает, что объект, который берут, — это место связи (مُصَلًّى (мусаллā)), а «позиция Авраама» есть точка отсчёта, от которой его берут, не сам берущийся предмет. Тезис о материальном следе опирается на прочтение глагола «возьмите» как указывающего на предмет. Грамматически объект взятия — место связи, а позиция Авраама вводится предлогом «с» как исходная точка, а не как берущийся предмет. Это подтверждается и тем, что в доме — знаки, разъясняющие это положение:
В нем знаки разъясняющие местопребывания Авраама. И кто вошел в него - был в безопасности. И пред Зачинателем на забывчивых людях переубеждение дома. Тем, кто в состоянии – к нему путь. (3:97)
Тезис о том, что «позиция Авраама» есть физический предмет со следом, опирается на буквальное прочтение «место стояния». Корень означает положение и стояние, а в отрывке речь о знаках, разъясняющих преемственность, и о безопасности места, не об объекте поклонения.
Преемственность подкреплена прямым предписанием следовать общине Авраама:
Так следуйте общине Авраама склонившегося! И не был он из приобщающих соучастников! (3:95)
Следуй общине Авраама склонившегося! И не был из приобщающих соучастников! (16:123)
И прямо в главе переубеждения долг назван общиной Авраама:
…не устроил для вас в Долге затруднения - общины отца вашего Авраама. (22:78)
Сам обряд показан Аврааму и завещан им:
Взраститель наш!… И покажи нам подвижничество наше и прими обращение от нас! (2:128)
Институт переубеждения, таким образом, есть продолжение авраамического установления, которому предписано следовать; переход от «позиции» к «преемственной основе» есть вывод из синтаксиса и предписания следовать общине Авраама, а не значение одного слова.
10. Три собрания предыдущего опыта
Предыдущий опыт носителей прежнего Предписания знал троекратное в году собрание всего народа в одно место для провозглашения имени единого. Эти собрания приходились на позиции первого, третьего и седьмого месяцев года. Провозглашение имени единого на собрании по существу есть переубеждение о Нём. Совпадение позиций (первый, третий, седьмой) с реконструируемым исходным исчислением служит внешним подтверждением.
11. Девятый месяц
В предыдущем опыте девятый месяц отмечен собранием народа у дома, воздержанием и получением Слова. Воздержание при этом упомянуто без указания срока — объявлялся пост, без фиксации числа дней. Этому соответствует место низведения Словесности и предписания воздержания, привязанное к девятому месяцу исчисления. Соответствие подкрепляет включение девятого месяца в исходное исчисление заповедных.
12. Социальная жертва предыдущего опыта
Жертва на собраниях предыдущего опыта имела социальную функцию: закланное животное съедалось на общем пиршестве с обязательным включением неимущих, пришельца, сироты, вдовы. Не плоть и кровь предназначались единому, а внутреннее расположение. Эта функция совпадает с функцией жертвы в институте переубеждения, рассматриваемой ниже.
13. Счёт времени
Счёт времени для служения ведётся по луне. Новолуния прямо названы назначениями сроков и переубеждения (2:189). Луна задаёт сроки служения, тогда как солнечный цикл связан с хозяйственной жизнью и сезоном. Это разграничение присутствует и в предыдущем опыте, где служение исчисляется по новомесячиям, а сезонная жизнь — по солнечному году.
14. Граница преемственности
Прямой формулы преемственности — указания «как предписано тем, кто до вас» — для переубеждения в тексте нет. Такая формула присутствует лишь применительно к воздержанию. Поэтому преемственность института не утверждается текстом напрямую, а вводится через авраамическую линию (дом, община Авраама, завещанный обряд) и через внешнее историческое сопоставление с предыдущим опытом. Сопоставление служит подтверждением, не доказательством из текста.
Часть IV. Место
15. Дом — центр переубеждения
Переубеждение привязано к дому. Конструкция «переубеждение дома» соединяет корень ح-ج-ج с домом как объектом:
Так кто переубеждал в доме или посещал его, так нет проступка для него, что странствует посредством обоих… (2:158)
…И пред Зачинателем на забывчивых людях переубеждение дома. Тем, кто в состоянии – к нему путь. (3:97)
Переубеждение у дома названо обязанностью способных пред Зачинателем — долгом, исполняемым тем, кто в состоянии достичь места.
Условие способности преодолеть путь (3:97) не превращает институт в физическое хождение как значение корня. Ценз пути есть техническое условие участия для приезжих: дом — межрегиональный форум, требующий съезда представителей из дальних мест (приход «из всех ущелий глубоких» 22:27), и способность осилить путь налагается на тех, кому надо прибыть. Местные присутствуют у места и так. Путь — условие легитимного представительства сторон на съезде, а не семантика корня; как «явиться в собрание» есть условие участия в нём, но не значение глагола «переубеждать».
16. Первый дом в Бекке
Первый дом для людей назван расположенным в Бекке:
Поистине первый дом, воздвигнутый для забывчивых людей ведь тот, который в Бекке, благословенный и наставлением для народов мира! (3:96)
Бекка и Мекка в тексте — разные слова. Мекка названа отдельно:
А Он - Тот, Который удержал руки их от вас и руки ваши от них внутри Мекки после того, как дал победу вам над ними! (48:24)
Текст использует оба написания — Бекка (3:96) и Мекка (48:24) — в разных местах и нигде их не отождествляет. Из этого прямо следует лишь то, что текст не утверждает их тождества; вывод о том, что это непременно разные географические места, остаётся гипотезой, поскольку графическое различие само по себе допускает и прочтение как вариантов. Отождествление как диалектных вариантов также не выведено из текста. Внешнее сопоставление с долиной плача предыдущего опыта согласуется с прочтением Бекки как отдельного места. Прочно здесь одно: текст не отождествляет Бекку и Мекку; их географическое различение — обоснованная гипотеза, опирающаяся на внешнее сопоставление.
17. Поднятие осадка дома
Роль Авраама и Исмаила в отношении дома описана как поднятие его осевшей части:
И вот поднимает Авраам осадок по отношению к дому и Исмаил: «Взраститель наш! Прими от нас!…» (2:127)
Слово, обозначающее поднимаемое (الْقَوَاعِد (аль-кауāʻид)), образовано от корня ق-ع-د (к-ʻ-д) — садиться, оседать. Традиционное прочтение передаёт его как «основания (фундамент)» и весь оборот — как «воздвигать основания», то есть строить. Корень, однако, несёт идею оседания, опускания; «осадок» — осевшая, просевшая часть. Грамматически глагол стоит в форме длящегося действия (а не завершённого «воздвиг»). Оба прочтения опираются на один корень: «основания» подчёркивает нижнюю часть постройки, «осадок» — её оседание. Решающим является то, что дом уже назван первым (3:96), то есть существовавшим; в таком случае длящееся «поднимает осадок» прочитывается как поддержание осевшего, а не возведение с нуля. Тезис о строительстве заново требует прочтения глагола как завершённого и существительного как «фундамента нового здания» — что вступает в противоречие с первенством дома. Прочтение «поднимает осевшее» согласует длящуюся форму глагола, корневое значение оседания и первенство дома.
Лексически прочтение усиливается двумя наблюдениями. Во-первых, для закладки основания заново текст располагает отдельным корнем أ-س-س (’-с-с) — учреждать, основывать (место простирания ниц «учреждённое на оберегании с первого дня» 9:108, «учредил сооружение» 9:109); в (2:127) стоит не этот корень, а ق-ع-د. Во-вторых, корень ق-ع-د в тексте устойчиво связан с остановкой, пребыванием в неподвижности, пассивностью — «сидящие» из не вышедших (4:95), «сидите с сидящими» (9:46), «сидение» (9:83). Применённый к дому, корень указывает на осевшее, пришедшее в неподвижность, а не на фундамент нового здания. Поднятие осевшего (длящееся يَرْفَع) есть возвращение обветшавшего в рабочее состояние, что согласуется со статусом первого дома.
18. Смена стороны
Текст устанавливает смену стороны, к которой направляется образ при связи, — к Заповедному месту простирания ниц:
И откуда бы ни вышел ты, так направляй образ твой к отделенному заповедному месту простирания ниц. И где бы ни были вы, так направляйте образы ваши к отделению этому. (2:150)
Слово «сторона» здесь — от корня ق-ب-ل (к-б-л). Смена направления связи привязывает служение к Заповедному месту простирания ниц.
19. Перенос места на Заповедное место в Мекке
Заповедное место простирания ниц расположено в Мекке, что следует из смежности удержания внутри Мекки (48:24) и удержания от Заповедного места простирания ниц:
Они те, которые закрылись и удержали вас от места простирания ниц заповедного и жертвенных животных, отдаваемых достичь места его… (48:25)
Кубический дом установлен заповедным:
Установил Зачинатель кубический дом заповедным, образованным для забывчивых людей, и месяц заповедный, и жертвенное животное, и облачения… (5:97)
Слово, передаваемое традицией как имя собственное «Кааба», образовано от корня ك-ع-ب (к-ʻ-б) — выступать кубом — и означает кубическое строение по форме, не имя сакрального объекта. Первый дом в Бекке (16) и Заповедное место в Мекке связаны сменой стороны: служение переориентировано на Заповедное место.
20. Разграничение места простирания ниц и дома
Текст различает два заповедных объекта по функции. Заповедное место простирания ниц (الْمَسْجِد (аль-масджид) الْحَرَام (аль-харāм)) — от корня س-ج-د (с-дж-д), простирание ниц — есть место служения для доверяющих. К нему не допускаются приобщающие соучастников по причине нечистоты:
О те, которые доверились! Поистине, лишь приобщающие соучастников - скверна! Так нет приближения к месту простирания ниц заповедному после года им этого! (9:28)
Право поддерживать и оживлять это место принадлежит доверившимся:
Устроились ли вы поением переубеждающего и оживлением места простирания ниц заповедного как тот, кто доверился Зачинателю, и Дню Последнему…? (9:19)
Заповедный дом (кубическое строение) выступает местом переубеждения, к которому приходят все, включая ещё не принявших единственность, поскольку переубеждение по природе обращено к оппоненту. Текст не содержит прямого стиха «дом не есть место простирания ниц»; разграничение выводится из двух наблюдений: место простирания ниц названо по действию простирания ниц (корень س-ج-د) и закрыто для приобщающих по нечистоте (9:28), тогда как переубеждение по природе требует присутствия оппонента, ещё не простирающегося ниц. Отсюда функциональное различение: место простирания ниц — служение доверяющих; дом — площадка довода. Это вывод из совокупности признаков, не прямое утверждение текста; противоположное прочтение, сводящее дом и место простирания ниц в единый комплекс, текстом прямо не опровергается, но хуже объясняет, почему запрет по нечистоте сформулирован именно для места простирания ниц, а призыв к переубеждению (22:27) обращён ко всем. Пространственное соотношение дома и места простирания ниц текст прямо не определяет — не сказано, что дом внутри места простирания ниц, рядом с ним или отделён. Поэтому возражение о возможном совмещении в единый комплекс не опровергается пространственно. Разграничение проводится не по месту, а по функции: одно и то же пространство может служить разным функциям в разное время — служению доверяющих и переубеждению с присутствием оппонентов. Запрет приближения приобщающих по нечистоте (9:28) относится к функции простирания ниц, а призыв к переубеждению обращён ко всем (22:27); функциональное различение совместимо и с совмещением, и с разделением. Запрет по нечистоте относится к месту простирания ниц, не к городу Мекке.
Часть V. Что совершается
21. Топонимы традиции — нарицательные понятия
Слова, понимаемые традицией как названия мест в окрестностях, в тексте — нарицательные понятия, образованные от засвидетельствованных корней. Слово, передаваемое как топоним «Арафат», образовано от корня ع-ر-ف (ʻ-р-ф) — узнавать, познавать. Корень встречается семьдесят раз, и ни одно вхождение, кроме спорного, не является топонимом. Глагольные формы означают узнавание:
…Узнают каждого по приметам их… (7:46)
…и устроили Мы вас племенами и родами для знакомства друг с другом… (49:13)
Слово, передаваемое как «Машар аль-Харам», образовано от корня ش-ع-ر (ш-ʻ-р) — воспринимать, осознавать (сорок вхождений, в подавляющем большинстве — глагол «воспринимают»).
Здесь следует различить два утверждения: что корни нарицательны (доказано вхождениями) и что в данном обрядовом контексте они не имена мест. Первое доказуемо из текста: семьдесят вхождений ع-ر-ف и сорок ش-ع-ر нарицательны. Второе — что именно здесь они не стали именами мест — текст прямо не решает: он не помечает их ни как имена, ни как нарицательные. Поэтому утверждение «это не топонимы» подаётся не как доказанное из текста, а как следствие метода: при изоморфном чтении слово сохраняет нарицательное корневое значение, пока текст явно не вводит его как имя собственное; такого введения нет. Бремя доказательства лежит на том, кто превращает нарицательное в имя места, поскольку нарицательное значение засвидетельствовано, а топонимическое — нет. Возражение о том, что оборот «излились из узнаваний» (2:198) требует физического вместилища (долины), снимается вхождениями того же корня излияния в нематериальном смысле. Тот же корень применён к погружению в дело и речь: «изливаетесь в это» (10:61), «излили вы это» о измышлениях (24:14) — без всякого географического вместилища. Следовательно «излились из узнаваний» есть переход от фазы взаимного узнавания и предъявления позиций к следующему этапу регламента, а не выход из долины. Излияние из узнаваний и поминание при заповедном восприятии описаны как этапы:
Так когда излились вы из узнаваний, то вспоминайте Зачинателя при заповедном восприятии. (2:198)
Чистота и Порядочность названы обрядами, не холмами:
Поистине, Чистота и Порядочность – из обрядов Зачинателя. (2:158)
Слово, передаваемое как топоним «Муздалифа», в тексте отсутствует вовсе: корень ز-ل-ف (з-л-ф) означает только приближение, близость, и топонима не образует. Во всех прочих местах текста эти слова — нарицательные понятия узнавания и восприятия.
22. Странствование, не кружение
Действие у дома, передаваемое традицией как кружение вокруг, образовано от корня ط-و-ف — обходить, охватывать движением, сновать. Корень не означает вращения по кругу. Это видно из вхождений, где кружение вокруг объекта невозможно. Прислуга снуёт между присутствующими, разнося:
Разносят для них с чашей из источника (37:45)
Тем же корнем описано движение между двумя точками, а не вокруг одной:
…странствуют между нею и между горячей порой! (55:44)
И снование вечных отроков между возлежащими:
Обходят их дети вечные (56:17)
Во всех этих местах действие есть движение-обхождение с охватом или снование между, а не вращение по кругу вокруг предмета. Странствование у дома предписано прямо:
…и пусть странствуют дому к освобожденному! (22:29)
Странствование совершается посредством обрядов — Чистоты и Порядочности (2:158), что исключает понимание как обхода физического объекта. Действие есть движение-обхождение с охватом, не круговое вращение вокруг строения.
23. Типы участников
Текст различает участников по роли. Переубеждающий ведёт спор; посещающий-оживляющий присутствует. Союз «или» разделяет два действия как разные:
Так кто переубеждал в доме или посещал его… (2:158)
Союз «или» здесь можно прочесть и как взаимоисключение, и как перечисление частей. Однако разделение ролей не опирается только на него. Роли названы раздельным перечислением — переубеждающий, поящий, оживляющий место — без союза «или»:
Устроились ли вы поением переубеждающего и оживлением места простирания ниц заповедного…? (9:19)
Здесь переубеждающий (тот, кого поят) и оживляющий место названы как разные участники соединительным перечислением, что подтверждает раздельность ролей независимо от прочтения «или» в (2:158). Присутствующие свидетельствуют пользу:
…для свидетельствования пользы для них и поминания имени Зачинателя в дни известные… (22:28)
Текст различает участников и по проживанию. Местный — тот, чьи близкие присутствуют у Заповедного места; приезжий — тот, у кого их нет, для него установлены особые условия воздержания:
…То для того, у кого нет принадлежащих ему, присутствующей в месте простирания ниц заповедном. (2:196)
Приход приезжих описан как движение издалека:
И огласи среди забывчивых людей о переубеждении. Приход к тебе пешком, и на всяких поджарых приход из всех ущелий глубоких. (22:27)
Таким образом, на площадке присутствуют ведущие спор (переубеждающие) и присутствующие-свидетели (посещающие), а также различаются местные и приезжие.
24. Переубеждение и оживление
Переубеждение и оживление-посещение — не два отдельных обряда, а связанные действия. Они доводятся до конца вместе, и оживление ведёт к переубеждению:
И доводите до конца переубеждение и оживление для Зачинателя!… так тому, кто использовал посещение для переубеждения - то, что возможно из жертвенного животного. (2:196)
Оба совершаются у дома (2:158). Оживление (от корня ع-م-ر — населять, оживлять) есть наполнение места присутствием, ведущее к переубеждению. Здесь следует уточнить критерий, чтобы не впасть в противоречие. Разные корни обозначают разные действия — это верно и для переубеждения (ح-ج-ج) и оживления (ع-م-ر): это два разных действия, как и роли участников различны. Но «разные действия» не означает «два независимых обряда»: текст связывает их единой целью — оба доводятся до конца для Зачинателя (2:196), оживление ведёт к переубеждению. То есть переубеждение и оживление — два различных по корню действия (как и роли в разделе о участниках), но не два самостоятельных паломничества: одно (оживление) служит другому (переубеждению). Переубеждение и оживление — два различных по корню действия единого института, связанные общей целью: оживление ведёт к переубеждению.
25. Режим площадки
Период переубеждения имеет режим. Запрещены соитие, отступничество, спор:
…то нет соития, и нет отступничества, и нет спора в переубеждении. (2:197)
Здесь необходимо различить два разных корня. Запрещённый «спор» в этом отрывке — от корня ج-د-ل (дж-д-л), означающего вздорное препирательство, перебранку (тот же корень в «не спорьте с принадлежащими Предписанию» 29:46, «спорят о знаках» 40:4). Переубеждение — от корня ح-ج-ج, означающего предъявление довода. Это разные слова. Запрет относится к ج-د-ل — бесплодной перебранке, а не к ح-ج-ج — доводному утверждению. Тезис о том, что запрет спора опровергает доводную природу института, смешивает два корня: запрет относится к перебранке без довода, а не к предъявлению довода.
Установлены месяц заповедный, жертвенное животное, облачения (5:97). Поминание совершается в исчисленные и известные дни:
И вспоминайте Зачинателя в дни исчисленные… (2:203)
Завершается период подстрижкой и исполнением обетов:
Затем пусть исполняют подстрижку их, и пусть выполняют обеты их… (22:29)
Режим площадки — безопасность, воздержание от раздора, поминание в установленные дни, завершение обрядовыми действиями.
26. Жертвоприношение — социальная функция
Жертва института имеет социальную, а не умилостивительную функцию. Прямо сказано, что Зачинателя достигает не плоть и не кровь:
Не достигнет Зачинателя мясо их, и ни кровь их, а однако достигает Его оберегание ваше!… (22:37)
Назначение закланного — питание, с обязательным включением неимущего:
…Так ешьте их и накормите несчастного бедняка! (22:28)
При невозможности жертвы установлена замена воздержанием (2:196). Социальная функция жертвы совпадает с функцией жертвы предыдущего опыта (12), что служит внешним подтверждением преемственности.
Часть VI. Организующий центр
27. Довод как центр, не компонент
Институт включает множество действий — собрание, странствование, жертву, поминание, известные дни, обеты, подстрижку, урегулирование договоров. Возникает вопрос: почему центром института объявлен довод, а не одно из этих действий, и не есть ли довод лишь одна из равных частей. Ответ дан не названием корня, а тем, что текст прямо называет цель института и подчиняет ей остальные действия.
Цель названа прямо — поминание имени Единственного и признание единственности:
И для всякого основания устроили Мы подвижничество, чтобы поминали имя Зачинателя над тем, чем снабдили их из животного скота. Так зачинатель ваш - зачинатель Единственный, так Ему смиритесь! (22:34)
Здесь обряд («подвижничество для всякого основания») поставлен в служебное отношение к цели: он устроен, «чтобы поминали имя Зачинателя», и завершается утверждением «зачинатель Единственный». Поминание, на которое можно было бы указать как на альтернативный центр, само направлено на имя Единственного — то есть служит утверждению единственности, а не замещает его.
Жертва подчинена той же цели и прямо лишена самоценности:
Не достигнет Зачинателя мясо их, и ни кровь их, а однако достигает Его оберегание ваше! Таким образом подчинил их вам, чтобы возвеличивали Зачинателя за то, что наставил вас! (22:37)
Жертва существует не ради заклания, а «чтобы возвеличивали Зачинателя» — то есть служит утверждению Единственного, как и поминание имени над животными (22:28). Направление связи также подчинено цели — лишению оппонента довода:
…И чтобы не был для забывчивых людей против вас довод, исключая тех, которые омрачены из них. (2:150)
Кульминация института — публичное объявление единственности и непричастности к приобщающим (9:3). Таким образом, центральность довода не постулируется из названия: текст задаёт единую цель — утверждение единственности против приобщения — и эксплицитно подчиняет ей компоненты. Жертва служит возвеличиванию Единственного (22:37), поминание направлено на имя Единственного (22:34), направление служит лишению оппонента довода (2:150), день есть оглашение непричастности (9:3). Компоненты не равны цели; они суть её формы и средства. Ни одно из прочих действий текст не ставит целью института, тогда как утверждение единственности названо целью прямо, и прочие действия подчинены ему. Институт назван по корню довода (ح-ج-ج) не случайно, а потому, что довод и есть его организующий центр — то, ради чего совершается остальное.
Часть VII. Управление
28. Управленческий аспект
Институт несёт управленческую функцию. День переубеждения величайшего — объявление непричастности к приобщающим (9:3). Регулируются договорные отношения: завершение поручительства до срока, безопасность просящему, взаимность:
…Так заканчивайте с ними поручительство их до протяженности их! Поистине, Зачинатель любит берегущихся! (9:4)
И если кто-нибудь из приобщающих соучастников попросил помощи тебя, так окажи помощь ему пока не выслушает Слова Зачинателя, затем доставь его в безопасное место для него… (9:6)
Право поддерживать и оживлять место закреплено за доверившимися (9:19). Приближение приобщающих к месту простирания ниц закрыто по нечистоте (9:28). Изгнание принадлежащих месту названо тягчайшим деянием:
…и изгнание принадлежащих ему оттуда - более велико пред Зачинателем! (2:217)
Институт переубеждения выступает площадкой урегулирования отношений между сторонами, с закреплением прав и безопасности.
Итог
Обряд, обозначаемый корнем переубеждения, не есть паломничество к святыне и не есть обход физического строения. Корень означает спор доводом, и предмет спора един — единственность Зачинателя против приобщения соучастников. Институт периодичен, привязан к протяжённому периоду заповедных месяцев по лунному исчислению от новолуний; его исходное исчисление искажено отсрочиванием, сместившим положение месяцев при сохранении их числа. Место института — дом, первенствующий в Бекке и поддержанный Авраамом, со служением, перенесённым сменой стороны на Заповедное место в Мекке; при этом место простирания ниц как место служения доверяющих отличается по функции от дома как площадки переубеждения. Понятия, превращённые традицией в топонимы, в тексте суть узнавание и восприятие, а действие у дома есть странствование-обхождение, не круговое вращение. Участники разделены на ведущих спор и присутствующих-свидетелей, на местных и приезжих; жертва несёт социальную функцию питания неимущих, а не умилостивления. Институт восходит к авраамическому установлению, которому предписано следовать, и согласуется с предыдущим опытом троекратного собрания, девятого месяца и социальной жертвы — согласие, вводимое через авраамическую линию и внешнее сопоставление, а не как прямое утверждение текста. Центральность довода не выводится из названия института: текст прямо называет его целью утверждение единственности (поминание имени Единственного, возвеличивание Его), и подчиняет этой цели прочие действия — жертва служит возвеличиванию, поминание направлено на имя Единственного, направление — лишению оппонента довода, день — оглашению непричастности; ни одно из прочих действий не названо целью, тогда как утверждение единственности названо ею прямо. Поэтому довод есть организующий центр института, а не один из равных компонентов. По совокупности данных переубеждение есть преемственный институт периодического утверждения единственности Зачинателя и урегулирования отношений сторон, а не паломничество.